Закончив разговор, Натали поняла, что годы, проведенные в Сиднее, оказались настоящей загадкой для матери. Делиться с родными можно лишь успехом и счастьем, а невзгоды и беды лучше скрывать. Была ли она неудачницей? Наверное, была, если говорить о материнстве. Вероятно, именно материнское горе как стеной отделило ее от окружающих.

Но ведь должно же быть в ее жизни хоть что-то хорошее?

Ответ напрашивался сам собой. Он лежал в ее сумке. Единственным вещественным доказательством связи будущего с прошедшим был договор о художественном оформлении детской книги. Почему этот документ в день несчастного случая оказался в ее сумке, она не помнила, но наличие договора свидетельствовало об успехе.

Достав из сумки документ и еще раз взглянув на него, Натали обнаружила адрес издателя, а в прилагаемом письме высоко оценивалась ее работа. Письмо подписала некая Шерон Киппакс.

Значит, она встречалась с этой Шерон, если они обсуждали ее эскизы. Неплохо бы повторить эту встречу. Даже если они малознакомы, это хотя бы отчасти прояснит ее забытое прошлое.

Завтра, когда она выпишется из больницы, надо поехать в издательство. Синяки и ссадины все еще «украшали» ее голову, ноги при ходьбе слегка дрожали, но она не так уж слаба, чтобы не добраться самостоятельно, куда ей нужно. С ней, можно сказать, уже все в порядке, за исключением памяти.

Вдруг ей стало страшно, что она не сможет выполнить работу, оговоренную контрактом. Что, если она утеряла не только память, но и навыки ремесла? Будет ли ее работа такой же «потрясающей», как выразился Дамиан?

Но она поборола страх. Зачем раньше времени волноваться? Завтра она все выяснит: надо двигаться к цели не торопясь, шаг за шагом. Хватит с нее беготни. Нечего прятаться за спину Дамиана и за его преданность. Пора самой выйти на белый свет и встретить правду с поднятым забралом.