Ах, вот оно в чем дело: она опасалась связывать свою судьбу с кем бы то ни было. Но ведь это несправедливо по отношению к Дамиану – возлагать на него вину другого человека. Если он любит ее уже много лет и ждет только ее согласия, ей следует взвесить все «за» и «против»...

– Чандлер... – произнесла она. – Твое имя – Дамиан Чандлер.

– Правильно.

– А меня зовут Натали Арнотт.

– Это твоя девичья фамилия.

Что бы там ни произошло, все уже позади, подумала Натали. Теперь для нее самое главное – Дамиан. Она даже вспомнила его фамилию.

– Спасибо тебе, что ты такой добрый и терпеливый, – тепло сказала она. – Спасибо... что ты позаботился обо мне.

Он улыбнулся, будто озарив ее солнечным лучом.

– Я готов делать для тебя все на свете.

Натали вздохнула, глубоко тронутая его преданностью. Но разговор утомил ее. Глаза закрылись сами собой; она чувствовала легкое прикосновение его сильных надежных рук.

– Мне приятно чувствовать твои руки, – заметила она.

Сомнений больше не было: выбор она сделала правильный – выбор друга.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Дамиан навещал ее каждый день. Но больше к ней не приходил никто.

Он приносил цветы, шоколад, фрукты, журналы, дорогие безделушки – одним словом, все, что может скрасить пребывание в больнице. Ее перевели из реанимационного отделения после того, как опасность мозгового кровоизлияния миновала. Теперь посещения Дамиана, окружившего ее нежной заботой, возбуждали любопытство и всякого рода домыслы у окружающих.

Натали поправлялась и мечтала, чтобы память ее полностью восстановилась. Как только ей перестали давать одурманивающие препараты, она остро ощутила двенадцатилетний пробел во времени. Но никакие усилия не могли помочь ей восстановить утраченное.

Почему, кроме Дамиана, в ее жизни никого больше нет? Это тревожило ее все больше и больше. Натали спросила его об этом на пятый день пребывания в больнице.